Право дикой природы жить и развиваться по собственным законам
Георгий Козулько, газета "Друзья животных", № 3 (19), 31.03.2011
«Читаю регулярно в прессе о Национальных парках Беларуси и отмечаю двойственную политику в отношении животных, обитающих на их территории. С одной стороны – охрана, с другой - уничтожение путем охоты. Или я чего-то не понимаю, и деньги от охоты (особенно для иностранцев) важнее всего? И еще. Я допускаю, что в этих заповедниках бывают старые и слабые особи, но значит ли это, что их преждевременно надо отстреливать. Интересно, что по этому поводу говорит биологическая наука? Ведь в природе, как я знаю, существует естественный отбор».
Розалия Рубинчик, Минск
Отвечает биолог
Это, правильнее сказать, не до конца продуманная политика в отношении животных на особо охраняемых природных территориях (ООПТ), нежели двойственная. Она вытекает из двух проблем. Первое. Ученые – пионеры заповедного дела в России конца XIX – начала XX века считали, что на территориях заповедников должна быть абсолютная охрана экосистем и их отдельных компонентов, всех природных ресурсов. Однако жизнь показала сложность осуществления такого подхода на практике. В современных условиях идея абсолютной заповедности столкнулась со множеством трудностей её воплощения. Например, невозможность защитить заповедную природу от глобального воздействия человека (химического и биологического загрязнения, антропогенного влияния окружающих территорий). Поэтому на ООПТ зачастую возникает необходимость проведения различных хозяйственных мероприятий, обеспечивающих их охрану и функционирование (борьба с пожарами, проведение научных работ и т.п.).
Второе. Вместе с тем, нужно признать, что и в Беларуси, и в других странах СНГ мы частично получили в наследие, а частично сами развили систему управления ООПТ, в которой хозяйственная деятельность занимает важное место, а иногда и преобладает, починяя себе охраны и заповедание. И, несмотря на обоснованную критику специалистов, никак от нее не избавимся по причине того, что особо охраняемыми природными территориями в Беларуси руководят хозяйственные, а не природоохранные структуры.
Третье. Проблема заключается еще в том, что на сегодня белорусские национальные парки, по сути, не руководствуются правильной и целостной концепцией ООПТ, целью которой является сохранение дикой природы, естественных природных комплексов и поддержание естественного природного процесса эволюции. Вместо этого используется нечто запутанное, надерганное, нередко переворачивающее саму идею охраны дикой природы с ног на голову. Причина этого в том, что концепцию ООПТ создавали хозяйственники совместно с учеными и специалисты, которые пытались найти компромисс между несовместимым (охрана дикой природы и ее регулирование, то есть превращение в недикую). Поэтому в практическом воплощении этой концепции мы находим много противоречий и изъянов.
На всех официальных уровнях говорится, что в Беларуси имеется два заповедника – Березинский биосферный (ББЗ) и Полесский радиационно-экологический (ПРЭ). В них осуществляется природоохранная деятельность, в определенной степени приближенная к теории заповедного дела. На самом деле в Беларуси три заповедника, а не два. Беловежская пуща также является биосферным заповедником! Однако этот факт чаще всего игнорируется. Почему? Потому что в противном случае многое из того, что делается на территории Беловежской пущи, придется признать неправильным, противоречащим концепции биосферного заповедника. А проводимая там хозяйственная деятельность под статусом национального парка в нынешней форме во многом конфликтует со статусом биосферного заповедника, так как вредит дикой природе, нарушает целостность природных комплексов и естественный эволюционный процесс, является экологически неустойчивой и несбалансированной.
На территориях ООПТ на протяжении многих лет проводится практика избирательной поддержки некоторых видов диких животных, особенно копытных (кабан, лось, косуля, олень и даже зубр). В результате этого они достигли высокой численности на единицу площади. Это привело к дисбалансу в естественных экосистемах. Во-первых, наблюдается прекращение естественного лесовозобновления и смена породного состава коренных древостоев, так как копытные животные поедают или сильно повреждают молодые деревца высотой до 2,5 – 3 м. Во-вторых, периодически происходят вспышки эпизоотий (чума кабанов, паратиф, ящур), повышенные гельминтозы и другие заболевания, нередко приводящие к массовой гибели животных. Некоторые специалисты-ветеринары и зоологи считают, а управленцы-хозяйственники их поддерживают, что если больных, ослабленных, старых или травмированных животных не убирать, то они будут носителями и распространителями тех или иных болезней среди здоровой части популяций. Поэтому на территориях ООПТ ведётся охотничье хозяйство и периодически проводится селекционное изъятие таких животных. Официально говорится, что приоритет охотничьему туризму отдается на базе лесоохотничьих хозяйств (ЭЛОХ) «Барсуки» и «Березина», расположенных вне границ Березинского заповедника, «Шерешево» возле Беловежской пущи, а также «Лясковичи» рядом с нацпарком «Припятский». Эти охотхозяйства имеют 15-летний опыт туроператорской деятельности по организации охоттуров для иностранных граждан. В охотхозяйствах заповедника практикуются традиционные способы охот на диких животных: с подхода, из засады, на вабур, а также организация загонов. Охота на копытных преимущественно проводится осенью и зимой; весной и летом отстрел этих видов строго лимитирован.
Тем не менее, охотничье хозяйство и охоты ведутся не только в охотхозяйствах, но и на самих территории ООПТ, например, в охраняемых зонах Национального парка «Беловежская пуща». Следует учесть, что ООПТ, в частности Беловежская пуща, фактически являются учреждениями, закрытыми от общественного контроля и доступа. Почему? Одной из причин этого являются многочисленные нарушения природоохранного законодательства, в том числе и по линии охотничьего хозяйства. Во-первых, охоты в Беловежской пуще селекционными являются лишь в теории. На практике дело обстоит как раз наоборот. Это больше красивое словцо управленцев-хозяйственников, потому что на самом деле нередко бьют лучших животных. Иностранный охотник приезжает в Пущу и платит большие деньги не для того, чтобы увести с собой "дохляка", а чтобы добыть элитного трофея. В итоге, например, популяцию некогда элитного беловежского оленя за многие десятки лет охотничьего хозяйства просто выбили и продолжают добивать. Специалисты уже называют беловежских оленей выродками, так как всех элитных давно выбили охотники. Если 50 лет назад встречались олени с рогами на 12 отростков, то сегодня на 8 найти сложно. Обычно – это 5 – 6 отростков. Поэтому вправе говорить об антиселекции, а не селекции.
Более того, в Беловежской пуще охота в абсолютно-заповедной зоне уже стала практикой. Об этом знают все местные жители, многие работники национального парка участвуют в них, но всё это под вывеской "заповедного режима" тщательно скрывается как от общественности, так и от правоохранительных органов. Например, прошлой осенью получил громкую огласку факт незаконной охоты на зубра в заповедной зоне Язвинского лесничества (http://bp21.org.by/ru/ff/600foto45.html). Этот факт был вскрыт независимыми активистами охраны природы, благодаря чему было возбуждено уголовное дело и в конце концов оглашен судебный приговор.
Вопрос с охраной и содержанием зубров несколько сложнее. По официальным данным, в целом ситуация с зубрами в Беларуси гораздо лучше, чем, скажем, в Украине. Поголовье зубров здесь растет (2001 г. – 505 зубров, 2002 г. – 534 зубра, в 2006 г. – 730 зубров). Беларусь по численности этого редкого животного заняла второе место в мире после Польши, обогнав Германию. В Беларуси с 1994 г. действует «Программа по расселению, сохранению и использованию зубра в Беларуси». Зубр является одним из популярных символов белорусского народа. В правовом поле за субпопуляциями зубра был закреплен бинарный статус специальным постановлением Совета Министров Республики Беларусь.
Это:
- основной (страховой) генофонд – зубры, обитающие в заповедниках и национальных парках;
- резервный генофонд – зубры, обитающие на других территориях.
Охрана и использование зубров основного генофонда осуществляется в порядке, предусмотренном для видов животных, занесенных в Красную книгу Республики Беларусь, а резервного генофонда – в порядке, установленном для диких животных, являющихся объектами охоты на территории Республики Беларусь. Их изъятие проводится на коммерческой основе через реализацию разовых разрешений зарубежным и отечественным охотникам с целью проводить выбраковку зубров, оптимизировать и формировать их половозрастную структуру для достижения максимально возможных показателей воспроизводства.
Возникает проблема: если зубров не отстреливать, то что делать с излишками? Содержать их слишком накладно. Даже богатые западные страны (Германия, Франция, Австрия и др.) держат зубров главным образом в зверинцах для показа экскурсантам и туристам. Остается один путь – селекционная регуляция. Кстати, в польской части Беловежской пущи также именно такая практика. Единственное отличие, там селекционный отстрел ведут специалисты-охотоведы в присутствии комиссии, в составе которой много ученых. У нас это делают богатые охотники в сопровождении охотоведа и научного сотрудника (в теории). Из-за этого здесь также до порядка еще далеко. Помимо вышеназванного случая незаконной охоты на зубра в заповедной зоне в белорусской прессе не раз появлялись новости о том, что иностранцы "по ошибке" вместо кабана застрелили зубра. По информации от местных жителей и некоторых работников Беловежской пущи бывают и другие "ошибки", о которых в условиях закрытого от общественного контроля режима официально предпочитают не говорить. Таковые факты тщательно скрываются, официальное их расследовать на сегодня практически невозможно и вовлеченные местные жители об этом говорят по большому секрету.
Или последний вопиющий факт. Недавно у Беловежской пущи незаконно отняли 3000 га элитного, первобытного леса (!), создали там охотничий вольер и заселили туда большое количество оленей и кабанов (http://bp21.org.by/ru/ff/600foto28.html). В итоге заповедный реликтовый лес деградирует и превращается в нечто уродливое, среднее между лесом и колхозной фермой. Поэтому всё это охотничье хозяйство на ООПТ, в частности, в Беловежской пуще, и его официальная пропаганда насквозь пропитаны фальшем, обманом и не являются тем, о чем говорится с высоких трибун.
В экономически развитых и передовых в плане охраны природы странах (Европе, США, Канаде) на территории ООПТ охота не ведется. Дикие животные там чувствуют себя свободно и без страха к человеку. Например, в туристическом центре Йеллоустонского национального парка запросто можно видеть отдыхающих на лужайке рядом со зданиями и пешеходными дорожками оленей, а даже борющихся между собой самцов. В Беларуси и других странах СНГ охота на ООПТ ведется и это должно рассматриваться как показатель общественной отсталости от современной цивилизации.
Ведь проводя охоты на ООПТ, начисто игнорируется такое понятие, как неприкосновенность и святость дикой природы в границах ООПТ, ее право жить и развиваться по собственным законам. Получается парадокс. Высшая цель ООПТ – сохранение дикой природы. Регулируя природные процессы, тем более там, где это не нужно, мы получаем природу не дикую. В таком случае встает вопрос, а что же мы охраняем, если должна охраняться дикая природа?
Проблема высокой численности копытных на ООПТ на самом деле искусственно создана самим человеком с целью ведения охотничьего хозяйства. Во-первых, животных зимой подкармливают (зачем, если это дикая природа?), во-вторых, отстреливают их хищников – волков (опять же зачем, если это дикая природа?). Таким образом, сами же нарушаем естественный природный процесс и сами же с этим "боремся" методом охоты. Парадокс!
Естественный природный процесс регулирования численности популяций, который существует сотни миллионов лет, выработал механизмы биологической регуляции. Это один из движущих факторов эволюции. И ни один вид от этого еще не вымер. С точки зрения дикой природы это естественно и нормально! Это ненормально только с точки зрения хозяйственников, так как мясо пропадает, которое можно отстрелять и съесть. Но в таком случае, причем здесь заповедное дело и ООПТ?
Что делать? Прекращать порочную практику хищнической эксплуатации ООПТ под прикрытием лживой пропаганды, разрабатывать истинно концепцию ООПТ на базе законов экологической науки и принципов заповедного дела, выполнять и соблюдать ее.
Георгий Козулько,
кандидат биологических наук, Беловежская пуща.
Написать отзыв / комментарий / мнение на Форум сайта