«Вид бесполезный для хозяйства»

Ученый из пущи попал в опалу за изучение экологии аистов

Николай Черкас, газета "Вечерний Брест", 04.04.2013

Орнитолог Александр Павлович Крапивный

К науке в нашей стране всегда было, скажем так, особое отношение. В том числе и во времена, когда «нашей страной» принято было называть весь Советский Союз. Речь об условном разделении науки на «практическую» и «академическую». Вторую редко когда жаловали, но считанные единицы ученых могут «похвастать» тем, что их работы были удостоены внимания первых лиц государства. Среди них орнитолог Александр Крапивный, который в 1953 году после Харьковского университета пришел работать младшим научным сотрудником в заповедник «Беловежская пуща». Именно в пуще он собрал большую часть материала для своей диссертации, которую потом в пух и прах разнес с высокой трибуны Никита Сергеевич Хрущев.

Кандидатская диссертация молодого ученого, к тому времени уже ставшего аспирантом института зоологии АН Белоруссии, была посвящена экологии белого и черных аистов и серой цапли в Белоруссии, а также оценке их хозяйственного значения. Крапивный собрал большой и интереснейший материал. Он исследовал пищевые объекты аистов, когда те приносили их птенцам в гнезда: «пища» отбиралась, описывалась, а потом возвращалась птенцам. В общей сложности ученый только в гнездах белого аиста исследовал более 30 тысяч экземпляров лягушек, мышей, насекомых и прочих мелких представителей животного мира, составляющих аистиный рацион. Это была первая диссертация по экологии аистов в отечественной науке, да и за рубежом подобные исследования тогда еще не проводились

Словом, защита диссертации прошла успешно, сюрпризы начались позже. Через несколько лет Хрущев, выступая на очередном пленуме ЦК, ополчился на заповедники и ученых-биологов, и в качестве примера привел диссертацию Крапивного, который «по непонятной причине подглядывал за жизнью аиста и серой цапли». В своем докладе, опубликованном в газете «Правда» от 11 марта 1962 г., глава государства заявил: «В Институте биологии Академии наук Белорусской ССР тов. А. П. Крапивный защитил ученую степень кандидата биологических наук на тему: «Экология и хозяйственное значение европейского белого аиста, черного аиста и серой цапли в Белоруссии» (оживление в зале; смех). Я признаюсь в своем невежестве – черного аиста не видел, не знаю, водится ли он в Белоруссии. Верю этому ученому: если он пишет, видимо, черный аист есть. Не знаю, может быть, эта диссертация принесет пользу нашим правнукам, но не верю и в это. Во всяком случае, советские деньги не следует тратить на исследования белого, черного аистов и серой цапли Белоруссии (Аплодисменты)».

В одночасье скромный ученый из белорусского института вдруг стал всесоюзной «знаменитостью». Вслед за докладом в газете «Правда» появляется фельетон И. Новикова и А. Зинченко «С точки зрения Аиста». Написан он был в виде диалогов Белого аиста с Серой цаплей и Серой цапли с Черным аистом. Белый аист пишет Серой цапле: «И чего он (Крапивный) пристал к голенастым диким птицам?! Живем мы мирно, плодимся мало, людям жить не мешаем. Привыкли обходиться без человека. Уж если полюбил птицу, так люби домашнюю. Под нашим же дубом – птичник. Там и куры, и гуси, и утки. Вот им-то и нужен присмотр. Но Крапивный на домашнюю птицу – ноль внимания. Он все к нам, дикарям, пристает». И далее Серая цапля обращается к Черному аисту: «Скажи на милость, знал ли ты что-нибудь о своем хозяйственном значении! Я, к примеру, понятия не имела. Гусь прислал мне копию диссертации. Я ничего в ней не поняла, полезные мы или вредные?»

Академия наук тоже не осталась в стороне. В этой же газете от 10 мая 1962 г. в рубрике «По материалам «Правды» «С точки зрения Аиста» читаем: «Институт биологии Академии наук Белорусской ССР …сообщил редакции, что критика признана правильной. Дирекция и партийная организация приняли меры для улучшения деятельности института и его ученого совета по защите диссертаций. Пересмотрена тематика научно-исследовательских работ и аспирантских тем с целью приближения их к требованиям и запросам народного хозяйства. Принято решение о реорганизации ученого совета и обновлении его состава».

В общем, аистам и цаплям не повезло. И не только им. В 60-х годах в газетах и журналах то и дело появлялись статьи, высмеивавшие зоологов за то, что они изучают грачей, лягушек, белок и т.д., поскольку эти исследования не приносят пользы народному хозяйству. Травля была организована по всем правилам, с обвинениями в праздности и растрате государственных средств. Ученых начали чураться, как прокаженных, многие заповедники были закрыты, и события те оставили в отечественной науке глубокий след на долгие годы.

Что касается попавшего в опалу Крапивного, то он выстоял, хотя спустя год после описываемых событий и уехал из Белоруссии в Харьков. Там он защитил докторскую диссертацию «Экологический анализ сложных форм поведения птиц и млекопитающих», а в 1975 году получил звание профессора. Увы, судьба нанесла ему еще один удар: на практике, которой руководил Крапивный, один за другим произошли два несчастных случая со студентами. Ученый впал в депрессию, с которой так и не смог справиться. 8 сентября 1990 года Александр Павлович Крапивный погиб при трагических обстоятельствах.


Написать отзыв / комментарий / мнение на Форум сайта