Как я крестины разогнал
Василий Петручук, газета "Во славу Родины", № 207, 29.10.2011
С 3 апреля 1943 года я принудительно работал в деревне Елянка у хозяина, часто без отдыха и сна. Просто засыпал за плугом… Сотрудничал с партизанами. Зимой 1941–1942 гг. передал им 20 винтовок-десятизарядок, ручной пулемет и десяток гранат. Этот арсенал я хранил в лесных ямах после отступления советских войск на восток.
В Беловежской пуще партизанские отряды действовали уже осенью 1941 года. Они состояли из частей Красной Армии, оставшихся в наших лесах, а основной базой их была именно Беловежская пуща. Основателем партизанского движения на территории сегодняшних Гайновского и Бельско-Подляшского поветов был отряд, который занимал боевую полосу в урочище Княжина, держал телефонную связь с войсками, оборонявшимися у деревни Дубичи Церковные. Однажды Павел Рыбак перерезал провод, соединяющий группу войск в Княжине с группой в Дубичах Церковных. Отряд из Дубичей не выдержал натиска гитлеровцев и вечером с большими потерями отступил на восток, несмотря на то что бойцы дрались до последнего патрона и даже ходили врукопашную (по словам жителей деревни). А об отряде в Княжине немцы не знали, поскольку они шли дорогами, а в эту деревню, как на остров, можно было добраться лишь полевой тропинкой.
И в ту ночь, когда наши отступили, отряд из Княжины подошел к Дубичам. Потихоньку снял посты гитлеровского эскадрона, который расположился на ночевку у деревни. Закололи штыками всех немцев. Правда, одному фрицу удалось удрать — в одном нижнем белье на коне мчался в местечко Клещели, где размещались другие части вермахта.
После этой мясорубки наши ушли в Беловежскую пущу, а немцы на мотоциклах и бронемашинах ездили по околице и искали «руса». В деревне Грабовец один танк направил на меня дуло орудия, а сидящий на танке фриц кричал: «Во ист рус?». Я молчал, но не убегал, знал, что он будет стрелять. И действительно, будто угадав мои мысли, послал мне под ноги очередь из автомата. Потом танк медленно пополз в направлении местечка Клещели… Мне шел 15 й год.
В одно из воскресений августа 1943 года у меня был свободный день. Пошел к ребятам посидеть во дворе и просто поболтать.
Ребята были у себя дома, я им был чужой, но мы дружили. В ходе разговора Гриша Голуб с завистью сказал, что сегодня у Митьки, сына солтыса, крестины. Может, они и немцев пригласили?
Все мы к этому отнеслись равнодушно. Дело обычное — раз крестины, а хозяин богатый, значит, и выпивка будет. Вдруг видим, едут на велосипедах два жандарма с винтовками. О, это уже другое дело! «Нам надо что-нибудь сделать, чтобы крестины разогнать», — предложил Коля. Его мысль нам пришлась по душе, и мы начали думать, что и как сделать. Был прекрасный день, а солнце как раз светило вдоль улицы. Вася Кадетчин посоветовал взять ось от телеги, привязать к ней ремень или веревку, чтобы было похоже на пулемет, надеть советскую военную форму, а главное — фуражку, и идти улицей.
Все согласились. Но кто пойдет? Я чувствовал за собой поддержку партизан, потому и вызвался. Я надел фуражку, гимнастерку. «Пулемет» — на плечо и помаршировал босиком по булыжной мостовой. Солнце светило за спиной так, что никто не узнавал, кто это, но видно, что «партизан», так как в форме и с оружием.
В 50 метрах до дома солтыса — хозяина деревни — я увидел, как гости выбегают из дома и выпрыгивают через окна в огород. Вижу, и немцы с винтовками тоже дали драпака прямо по грядкам, аж фасоль и конопля шатались, точно от урагана.
Увидев это, подумал: «Теперь мне капец, ибо такого мне не простят ни немцы, ни их слуга — солтыс Ян». В конце деревни огородами повернул я назад. Они еще не перестали смеяться над трусами, которые своей тени боятся, а мне было уже не до смеха, ибо завтра приедут за мной жандармы и поступят так, как поступили с Олей Ленчик — отведут на окраину деревни и натравят собак…
Назавтра меня встретил солтыс. Он взял пальцами меня за щеку и сказал: «Маеш шчасце, што встыдаюся йехаты до Клішчэль i мельдаваты, жэ то ты був тым партизанам, каторы разогнав у мойго сына хрыстыны, воны б тобе показалі б партызана, ты, машэнніку!».
Говорят, дуракам везет, правда, мне не удалось избежать выговора от моих лесных товарищей. И на этом все затихло. Во всей этой истории был и положительный момент: народ увидел, насколько немцы боялись партизан…
P. S. Я был сиротой, мне очень тяжело жилось при мачехе. Я даже хлеба никогда досыта не наедался и каждый день был битым. Раз меня даже ножом пырнули, когда я, прибежав голодным с поля, хотел взять вареную картошку. Но выжил и прожил уже 85 лет. Среди многих наград имею боевую награду — серебряную медаль «Заслуженным на поле Славы».
Василий Петручук, г. Белосток (Польша)
Написать отзыв / комментарий / мнение на Форум сайта