Деревня, которой нет
Елена Трибулева, газета "Вечерний Брест", 08.04.2011
Ни один жилой дом в д. Ляцкие не зарегистрирован в соответствии с законом.
Минувшие новогодние праздники семья Николая Черкаса, ученого-орнитолога и соавтора популярной книги «Царские охоты в Беловежской пуще», встречала на чемоданах. 30 декабря 2010 года суд Каменецкого района удовлетворил иск районного прокурора в интересах ГПУ «Национальный парк "Беловежская пуща"» о выселении Черкаса из служебного помещения в д. Ляцкие без предоставления другого жилья. А с ним – его жены Ольги и 11-летнего сына Алёшки. Почти три месяца Черкасы, подавшие на решение суда кассационную жалобу, жили в состоянии нервного напряжения. И вот в деле, кажется, поставлена точка. Судебная коллегия по гражданским делам областного суда определила: решение суда Каменецкого района отменить, в иске районному прокурору о выселении семьи без предоставления другого жилья – отказать. Николай и Ольга надеются, что на этом их мытарства закончились.
Николай Черкас был принят на работу в научный отдел НП «Беловежская пуща» 15 июля 1992 года, а в январе 1996 года молодой семье, тогда еще без ребенка, решением профсоюзного комитета было выделено полдома в д. Ляцкие. «На время, пока он не построит личный дом», – говорится в решении. Построить свое жилье Черкасам так и не удалось – зарплата научного сотрудника, пусть даже и получившего ученую степень кандидата биологических наук, к тому не располагала. В 2007 году Николай и Ольга попытались приватизировать квартиру, в которой жили, но получили отказ на том основании, что данная жилплощадь является служебной. Так и пребывали в святой уверенности, что договор найма у них бессрочный – никаких документов, на основании которых можно было бы утверждать обратное, Черкасы не подписывали.
Однако в июле 2009 года закончился срок трудового контракта Николая, и администрация НП «Беловежская пуща» его не продлила. Обычная история для периода, когда пущу возглавлял Николай Бамбиза. Поговаривали, что тогдашний генеральный директор не простил Черкасу отказа взять его в соавторы раритетных изданий – фотоальбома «Белавежскае дзiва» и книги про царские охоты. Так это или не так, но ученый остался без работы, а вскоре и получил предложение освободить занимаемое им служебное жилое помещение. Черкасы по понятным причинам отказались (другого жилья ни у Николая, ни у Ольги нет), и дело завертелось.
Но именно благодаря судебному разбирательству всплыли факты, ставшие откровением как для Черкасов, так и для других участников процесса. Среди прочих документов, представленных в суд Национальным парком, оказался и договор найма служебного помещения, подписанный Николаем Черкасом 3 марта 2004 года. Бывший сотрудник заповедника точно знал, что никакого договора не подписывал. Он потребовал проведения экспертизы, и она подтвердила: подпись не его.
Выяснилось следующее. В 2003 году Управлением делами президента проводилась в пуще проверка, по результатам которой НП было предписано привести в соответствие с требованиями закона договоры аренды и найма служебных помещений, принадлежащих заповеднику. С документами там, надо сказать, обращаются (обращались?) довольно вольно, что не единожды позволяло уволенным работникам заповедника выигрывать дела в суде. Словом, директор решил навести в этом деле порядок и поручил юрисконсульту заключить договоры найма со всеми семьями, проживающими в служебном жилье пущи. И та, недолго думая, с лесничими передала «по адресам»… пустые договоры найма для подписания. Дело в том, что на жилые дома, находящиеся на балансе ГПУ НП «Беловежская пуща», не было технических паспортов и инвентарных номеров, которые необходимо указывать при заключении договора найма. Возможно, предполагалось потом эти данные вписать. Однако люди пустые бланки подписывать отказались. Не только Черкасы – из более чем десятка хозяев домов д. Ляцкие свои подписи поставили лишь три или четыре человека.
Тут вот в чем дело. По словам старожилов, первые деревянные дома в д. Ляцкие (кто не знает, это «за шлагбаумом» пущи) были построены еще в 1974 году. Потом какие-то строили еще, два дома перетащили с лесных кордонов (домик лесника, стоящий в обособленном лесном массиве), один – из урочища «Дубовье», еще один – из 828-го квартала. Все они были поставлены на учет в Королево-Мостовском лесничестве. Но – без оформления соответствующих документов. По крайней мере, у людей, живущих здесь с 1974 года, технических паспортов на свои дома тоже нет. Что и подтвердилось в ходе дальнейшего разбирательства… Суд направил в Каменецкое бюро РУП «Брестское агентство по государственной регистрации и земельному кадастру» запрос о предоставлении инвентарного дела по дому № 12 в д. Ляцкие. Сведений в бюро о нем не оказалось: жилой дом не обмерен. По информации из бюро, на территории д. Ляцкие вообще зарегистрирован лишь один магазин. Иного недвижимого имущества вроде как и нет, хотя на деле там стоят 16 домиков.
Черкас попытался дать ход делу о подделке его подписи под договором найма, однако районная прокуратура не нашла в действиях должностных лиц ГПУ НП «Беловежская пуща» состава преступления, попадающего под статью «служебный подлог», и за истечением сроков давности в возбуждении уголовного дела отказала. Неугомонный «выселенец» обратился в Генеральную прокуратуру РБ. Отдел собственной безопасности жалобу рассмотрел, постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела отменил и материалы направил для проведения дополнительной проверки.
А вскоре и решился вопрос со спорной квартирой. Судебная коллегия по гражданским делам областного суда не согласилась с выводом суда Каменецкого района о наличии законных оснований для выселения семьи Николая Черкаса из жилого помещения без предоставления другого жилья. В том числе и потому, что договор найма им не подписывался. Кроме того, основанием для вселения Черкаса в служебное жилье послужил ордер, выданный ему 16 января 1996 года. То есть жилищные отношения между сторонами возникли до вступления в законную силу указа президента № 565 «О некоторых мерах по урегулированию жилищных отношений» (подписан 29 ноября 2005 г.), на основании которого работник, прекративший трудовые отношения с государственной организацией, подлежит выселению из служебного жилого помещения со всеми проживающими совместно гражданами. Так что Черкасы (Николай не оставляет научную деятельность) остаются пока в пущанской деревне, где, к слову, несколько домов до сих пор не заселены и пустуют. Наверное, администрации пущи надо было, чтобы пустовал еще один.
Написать отзыв / комментарий / мнение на Форум сайта