«На 40 травах настоянный...»
Алесь Журавинка, газета "Вечерний Брест", 01.04.2011
Любопытные факты из истории пущанского самогона
Не так давно в Беловежской пуще прошло большое межведомственное совещание, инициированное органами прокуратуры и посвященное теме нелегального самогоноварения на территории заповедника. Явление рассматривалось ни много ни мало как угроза экономическим и нравственным устоям общества.
Однако человек, приславший эти заметки в редакцию, утверждает: победить самогон невозможно. Мало того, что бизнес очень доходный (по оценкам самих производителей, рентабельность составляет 450 %) и спрос на здешний продукт огромен (до сих пор пущанский первач какими-то немыслимыми путями попадает аж на российский Дальний Восток), так и для самих пущанцев это первейшее лекарство от всех стрессов и болезней. Наш автор может судить об этой проблеме изнутри – много лет он сам проработал в национальном парке. «Вечерке» он предпочел рассказать о некоторых фактах из истории пущанского самогона под псевдонимом. И мы согласились. Ну мало ли что…
Знаменитый рецепт
Самогон в Беловежской пуще гнали всегда. Каждый уважающий себя лесник имел скромный самогонный аппарат, с помощью которого обеспечивал горячительным напитком не только себя, но и многочисленных гостей. Именно самогон стал основой для настойки «Беловежская горькая». Дело было так. В послевоенные годы качество «продукта» было неважное. Из-за плохой очистки и наличия сивушных масел крепкий напиток имел неприятный запах. Чтобы от него избавиться, пущанцы настаивали самогон на душистых травах. Однажды такой настойкой, которая «сорок дней настаивалась на сорока травах и от сорока болезней лечит», угостили охотившегося в Беловежской пуще Никиту Сергеевича Хрущева. Угощение настолько понравилось генсеку, что он не однажды приложился к рюмочке. Отведав очередную, Никита Сергеевич даже предложил хозяйке дома стать членом Политбюро вместо Фурцевой. Но женщина отказалась. А после «оглоблевой» Никита Сергеевич неожиданно сказал:
– Чего только не пил в своей жизни, а такого превосходного самогона не пробовал. Как, вы говорите, делаете эту самую — «сорок дней на сорока травах, которая от сорока болезней лечит»?
Егерь и его жена начали подробно и старательно объяснять.
– Нет, — перебил их Хрущев, – я все равно не запомню. Скажу Мазурову (Кирилл Мазуров – тогдашний 1-й секретарь ЦК КПБ. – Ред.), пусть подошлет к вам специалистов по алкогольной части...
– Участкового, что ли? — робко спросила хозяйка хутора.
– Нет, — успокоил ее Никита Сергеевич, – специалиста винно-водочной промышленности.
И что вы думаете? Сдержал Хрущев свое слово. Среди забот о кукурузе, межконтинентальных баллистических ракетах, возмездии шпиону Пеньковскому и положении на советско-китайской границе нашлось в его памяти местечко и этому эпизоду в Беловежской пуще. Не скоро, правда, а лишь через несколько месяцев приехали в пущу к егерю специалисты-пищевики, записывали рецептуру и технологию приготовления полюбившейся Хрущеву настойки. А еще через какое-то время появилась в свободной продаже знаменитая нынче на весь свет «Беловежская горькая».
Священные войны
Особенно востребованным самогон стал во времена антиалкогольной кампании Горбачева. В ответ на постановление ЦК КПСС «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения» пущанцы ушли в глубокое подполье. Именно в те годы технология производства пущанского первача была отработана и усовершенствована, и он приобрел самую лучшую репутацию. «Ветераны» вспоминают времена, когда дивный продукт увозили молоковозами (!) аж в Литву. Оттуда он в красивых бутылках с привлекательными этикетками расходился по необъятной территории Советского Союза.
Столь успешному развитию самогоноварения способствовали следующие обстоятельства. С момента, когда заповедник «Беловежская пуща» был реорганизован в заповедно-охотничье хозяйство, попасть на его территорию простому смертному стало почти невозможно. Даже представителям правоохранительных органов. Поэтому сотрудники милиции попытались бороться с лесным «бизнесом» с воздуха. С вертолета по дыму в лесу засекали места расположения самогонных аппаратов, а потом их уничтожали. Тогда пущанцы стали использовать дизельное топливо, которое при горении дыма не дает. Вскоре полеты стали неэффективными и прекратились, а самогонщики вернулись к традиционным дровам.
На Фестивальной поляне
Однако наиболее яростные трения с администрацией национального парка были у пограничников. Возник конфликт интересов: пограничников пытались не пустить за шлагбаум (территория нацпарка!), те, в свою очередь, настаивали, что в пограничной зоне посторонним не место. «Война» достигла высшего накала, когда командиру погранотряда, попытавшемуся попасть на прием к генеральному директору, чтобы уладить трения, было отказано в аудиенции. И пограничники обиделись. Как раз в эти дни директор заповедника организовал в пущанском ресторане свадьбу для кого-то из своих родственников. Вот пограничники и устроили на дороге, не доезжая Каменюков, проверку документов. Понятное дело, ни у кого в автобусе, везшем гостей на свадьбу, разрешения на въезд в погранзону не оказалось. Параллельно с другой стороны пограничники перекрыли пути доставки самогона к ресторану. В здешних краях до сих пор вспоминают, как автобус с гостями добирался к месту гуляния обходными путями… А однажды командование погранотряда отдало распоряжение своей спецгруппе провести рейд по уничтожению самогонных аппаратов в пуще. Вскоре после этого командир отряда был отправлен на пенсию.
В советские времена пуща была окружена многочисленными воинскими частями – только в Пружанском районе их насчитывалось более 30. И среди людей в погонах, конечно же, тоже были истинные ценители самогона. Именно с их подсказки и при технической помощи были созданы мобильные самогонные аппараты. В дело шло все: списанные шасси, соединения для труб, позволяющие собрать и разобрать аппарат в мгновение ока, и даже армейские кунги. Автору лично посчастливилось увидеть самогонный завод, оборудованный в таком вот кунге. Какой-то шутник повесил на нем табличку: «Памятник природы. Охраняется государством».
Сделано в пуще
Развал Советского Союза тоже не обошелся без самогона. Из гаража инженера лесной охраны в сопровождении местного милиционера был доставлен в правительственную резиденцию Вискули бидон этого славного напитка. Поскольку руководители трех братских республик официально утверждают, что самогонку в Вискулях не пили, мы не будем настаивать на обратном. А вот охрана отведала беловежский самогон точно, и представители правительственной охраны Украины даже «помахались» с охраной «москалей». Так произошел первый силовой конфликт на только что образовавшемся пространстве СНГ.
В последнее десятилетие произошло знаменательное событие: заповедник получил лицензию на производство алкоголя. Так сказать, для сохранения национальных традиций. Выгоняют его на одном аппарате специально обученные люди, и продается он только на разлив в здешнем ресторане и кафе. Так, по крайней мере, утверждают официальные лица. По их данным, за неполных три года в пуще произведено и реализовано около 3 тонн лицензионного продукта, который, говорят, особенно нравится иностранным гостям. И нынче бренд «сделано в Беловежской пуще» востребован не меньше, чем при Михаиле Сергеевиче…
Написать отзыв / комментарий / мнение на Форум сайта