Century Belarusian Timber Corporation

Сергей Клименко
г. Брест
Специально для сайта
"Беловежская пуща - 21 век"
15.06.2004

Эта публикация посвящена Беловежской пуще, истории и математике. Странное сочетание. Не правда ли? Однако в последнее время большинство открытий было сделано именно на стыке наук и дисциплин. В этом плане Беловежская пуща - не исключение. Мы также попытаемся сделать такой междисциплинарный анализ.

Поводом для этой статьи послужила случайная встреча и беседа с человеком на вокзале. Он родился недалеко от Беловежской пущи. Рядом с ней он и трудится - пилит лес. Назовем его Антон. Случайный попутчик. Случайный разговор. Встретились - и разошлись. Но информация к размышлению осталась.

Железнодорожная станция Жабинка. Именно сюда уже несколько лет ежедневно едут лесовозы из Беловежской пущи. Они везут заповедную ель - кругляк, бревна 6-метровой длины. Иногда - дуб. Здесь древесина перегружается в железнодорожные вагоны. Далее отправляется на экспорт - в Россию, Германию, Бельгию и другие страны Евросоюза. Сотни кубометров в неделю. Десятки тысяч за год. Это с юга пущи. А с севера пущи древесина доставляется на станцию Свислочь-Волковыск. Далее - география примерно та же.

В самой Беловежской пуще в лесопильных цехах делают доску и брус. Затем большегрузными фурами их также отправляют на запад. Кроме этого немалое количество леса поставляется на лесопилки бизнесменов, что плотным кольцом окружили Беловежскую пущу. При этом не просто лес, а отличный, крупный. Не тот низкосортный и полугнилой, которым завален собственный парковский лесозавод. Да и бизнесмены близлежащих районных и областных центров стараются не отставать в переработке Беловежской пущи. Плюс собственные цеха. Один только лесозавод в Каменюках в сутки поглощает до 250 кубометров древесины. Второй - Шерешевский - до 80 кубометров в сутки. Чувствуете размах! Кто был в роли туриста в пуще, тот видел: ревущие лесовозы один за другим вывозят из пущи лес. Элитный лес! Другого такого в республике нет. Золото Беловежской пущи.

По данным, которые встречались в прессе, в последние годы в пуще рубится около 250 тысяч кубометров древесины ежегодно. Фактически, наверное, больше. По информации "зеленых", сейчас в Беловежской пуще "на корню" стоит 1 миллион кубометров леса и администрация готова его вырубить. Об этом было недавно заявлено на встрече с экспертами ЮНЕСКО, на которой присутствовали представители экологических общественных организаций. Уже 3 года, как на пущу напал жучок-короед. Такой прожорливый, что от него погибли целые кварталы ельников. Столько, что не успевают перерабатывать лесопилки Беларуси и зарубежья. Потому как в нацпарке не хватает техники, сил и средств, чтобы успевать вырезать то, что "отдает" природа.

Вопросы экологии и заповедности в силу их специфичности мы трогать не будем. Это отдельная непростая тема. Ограничимся лишь экономикой. Это ближе и понятнее многим людям.

Скажите, если раньше в Беловежской пуще рубили 60-70 тысяч кубометров древесины, а сейчас - около 300 тысяч, во сколько раз должна возрасти прибыль? Правильно, как минимум в 3-4 раза. Соответственно, должны увеличиться доходы предприятия и зарплаты его работников. Но тот, у кого друзья или родственники в пуще, знает, что реальная зарплата (в пересчете на у.е.) у местных работников не возросла даже в 2 раза, если сравнить с 3-4 годами раньше (зарплату временных рабочих, нанятых администрацией со стороны, не будем учитывать, это также отдельная история со своими секретами). А на периферийных лесопилках, например, в Шерешево, она осталась прежней. Так утверждает Антон, работник национального парка. Почему так происходит, он не знает. Он не экономист. Поэтому попробуем помочь ему разобраться.

Антон утверждает, что рядом с пущанской-Шерешевской лесопилкой родственник директора (сын) использует колхозную пилораму, где пилит себе лес. Беловежский лес. Который частично оформляется и вывозится из пущи не так как положено. Пущанским контролерам дан приказ такие лесовозы выпускать через КПП без лишних вопросов. Антон говорит, что запчасти и топливо, предназначенные для Шерешевской лесопилки и лесничества и которых не хватает для своих нужд, частично идут не по назначению. А они не знают потом, как выкручиваться. Обычная практика для Шерешево - пилить живой лес, в том числе, как утверждает Антон, вырубаемый в самой Беловежской пуще. На лесопилке в деревне Каменюки такой не перерабатывают, там все на виду.

Подобные "секреты" известны многим пущанцам. И молчат они лишь до первой серьезной проверки национального парка контролирующих органов, независимых от Управления делами. Относительно независимых, конечно. Потому, скорее всего, так оно и есть. Хотя абсолютно утверждать не беремся. На периферии часто порядка меньше, так как от контроля подальше. К тому же последние события, связанные с арестом Управляющего делами Галины Журавковой и предъявлением ей криминальных статей, также могут быть аргументом в пользу этого. Ведь она проводила кадровую политику и подбирала себе команду в соответствии со своим пониманием и планами. Как потом оказалось, в том числе и криминальными. Вспомним, о чем она говорила в интервью газете "Рэспублiка" 1 февраля 2002 г.: "…природа, наверное, одарила меня деловой интуицией, я отлично "чувствую" людей, почти безошибочно определяю их достоинства и недостатки". Всем, наверное, понятно, что значит для таких людей "достоинства" и "недостатки"…

Но этим всех хитростей пущанской экономики не объяснить. Куда важнее, пожалуй, конфиденциальная информация одного солидного лица, которое более глубоко посвящено в пущанские экономические тайны. "Куда ни кинь, экономика национального парка - это вредительство и авантюризм. Такого бардака, неразберихи и показухи нет ни в одной министерской структуре. Основная причина - здесь все закрыто от внешнего контроля и запрятано от постороннего глаза. А это - благодатная почва для злоупотреблений. Обычная практика, когда разрекламированные на всю страну проекты потом оказываются "пустышками", не приносящими дохода. При этом негативные последствия и убытки тщательно скрываются. В том числе, и методом "раскрутки" новых идей и проектов, отвлекающих внимание от последствий уже осуществленных. Не удивительно, ведь планово-экономический отдела в национальном парке уже почти 3 года существует лишь номинально. Профессиональных специалистов тогда разогнали, а вместо них набрали с улицы случайных людей, не имеющих даже экономического образования", - таков его вердикт.

Лишь один характерный пример. Как было опубликовано в прошлом году, государством выделялись огромные бюджетные деньги (сотни тысяч долларов) на то, чтобы спилить пораженные короедом и ураганами деревья, а затем их же бросали в лесу, обрекая на догнивание. В результате, бесплатно спиленная древесина принесла убытки от переработки гнилья, вместо того, чтобы дать суперприбыль для парка. Добавим сюда отношение дирекции нацпарка к своим работникам, далекое от норм производственной культуры и этики. И получим ответ на поставленный вопрос: все выше указанное, по видимому, и является основной причиной низких зарплат, не соответствующих теоретически расчетной и возможной прибыли в национальном парке. И это в условиях, когда короеды и ураганы последних лет "бросили на стол" лесопромышленникам жирный кусок Беловежской пущи - миллионы кубометров отличного леса. А что же будет с пущанской экономикой, когда короедники закончатся и лесной отпад опять придет в норму, то есть уменьшится в 4-5 раз? Если при нынешних гигантских объемах деревопереработки национальный парк не выглядит богатым, что же будет завтра? Задумываются ли об этом правительственные органы и собираются ли они наконец-то основательно заниматься экономикой Беловежской пущи? Или все живут одним днем в надежде на авось и по принципу "нам бы ночь пережить, да день продержаться".

А сейчас немного фактов из истории о том, как когда-то хищнически уничтожали Беловежскую пущу. Данные взяты из книг про Беловежскую пущу.

В 1839 году для морского ведомства в Беловежской пуще было заготовлено и вывезено 3000 наиболее крупных и прямых дубов и сосен возрастом 350 - 400 лет. Для торгового дома "Томпсон и Бонар" с 1845 по 1848 год было вырублено около 13 000 лучших сосен, о чем впоследствии с возмущением писали А.И. Герцен и Н.П. Огарев в газете "Колокол". Всего с 1849 по 1854 год в Беловежской пуще было вырублено около 45 тысяч крупных деревьев, а с 1845 по 1857 год для заграничной торговли было вывезено более 174 000 деревьев. Во время первой мировой войны с 1915 по 1918 год немцы проложили около 300 км узкоколейных железных дорог и построили 4 лесопильных завода. За два с половиной года в Германию вывезено 4,5 миллиона кубометров древесины. В 1927 - 1928 годах английская фирма "The Century European Timber Corporation" (Европейская лесозаготовительная корпорация века) или просто "Центура" заготовила 1 миллион 947 тысяч кубометров древесины. В 1934 - 35 годах польское правительство из пущи продало 1 миллион 208 тысяч кубометров древесины. К этому времени уже 20% территории пущи оказалось вырубленной.

Возмущает? Еще бы. Какие же все-таки жадные и нехорошие были когда-то эти немцы, англичане, поляки и россияне. Только и думали о том, как бы это всю Беловежскую пущу выпилить и вывезти побыстрее. Не то что мы, белорусы. И днем, и ночью рачительно сохраняем национальное достояние. Ни сил, ни средств не жалеем для его преумножения. По крайней мере, так гласит официальная пропаганда. Но давайте обратимся напоследок к математике. Цифры также взяты из открытых опубликованных источников.

Итак, у немцев было 4 лесопильных завода. У белорусов ныне 1 крупный, 1 средний и с десяток других лесопилок в округе. Причем с новейшим оборудованием, в том числе и компьютерным, способных пилить сутками. В итоге получается, что сейчас пилорам никак не меньше. Англичане рубили 1 миллион кубометров в год, немцы - 1,8 миллионов. Ручными пилами и топорами, иногда полдня тратили, чтобы спилить большое дерево. Нынче белорусы все больше со шведскими бензопилами, способными в считанные минуты завалить огромное дерево. Выходит, технически мы превосходим...

Когда-то Беловежская пуща была единой (сегодня она наполовину разделена между Беларусью и Польшей) и площадь ее была побольше - около 130 000 тысяч га. Таким образом, получается, англичане вырубали 6,5 кубометров древесины на 1 гектар. Нынче рубят 300 тысяч кубов на 65 тысячах гектаров, если считать в старых границах в зоне регулируемого природопользования (в заповедной зоне рубить запрещено, в хозяйственной зоне леса нет, в рекреационной зоне молодняки и рубить практически нечего, новые присоединенные земли также имеют мало ценных для рубки лесов). Итого, 4,6 кубометров на гектар. Готовы вырубить 1 миллион кубов. Или 15,4 кубометра на 1 гектар! Но ведь это больше, чем во время первой немецкой оккупации (12 кубов на гектар)! Как видим, нынешние объемы рубок не намного уступают английской фирме "Центура". Но есть намерения побить исторические рекорды и установить свои! И в это не трудно поверить, если вспомнить, с каким размахом нынешняя администрация нацпарка пару лет назад разворачивала рубки леса в Беловежской пуще, в том числе и живого, в том числе и нелегально. И если бы не усилия общественности, экологов и ученых, не исключено, новые рекорды уже были бы поставлены.

А теперь скажите. Если намерениям по усилению рубок суждено будет сбыться, так кто же самый страшный хищник в истории Беловежской пущи? Чужеземцы и оккупанты, которые специально приходили в пущу, чтобы побыстрее урвать и убраться восвояси? Или сами белорусы, которые по закону и по совести должны хранить ее и беречь, так как она растет на их родной земле? Так почему же у белорусов аппетиты к несчастной пуще не меньшие, чем это было у англичан и немцев в далекую варварскую эпоху? А может это и не белорусы вовсе пилят Беловежскую пущу? Может это очередные коммерсанты-временщики без рода и племени из новой исторической фирмы "The Century Belarusian Timber Corporation"? Может для этой фирмы также главное побольше и побыстрее урвать, а затем убраться восвояси, покинув после себя растерзанную и разграбленную заповедную святыню белорусов?

Сергей Клименко
г. Брест
Специально для сайта "Беловежская пуща - 21 век"
15 июня 2004 г.