Журавлиная песня

Георгий ДАНЬ, Тихон КЛИШЕВИЧ
«Белорусская деловая газета», № 1402
13.02.2004

Управделами президента — в Следственном изоляторе КГБ

Управляющая делами президента Галина Журавкова в один день сменила и работу, и прописку. Вернее, работы у нее пока нет никакой: в тот же день, 10 февраля, когда президент подписал указ об ее отставке, она была взята под стражу сотрудниками Комитета государственной безопасности и помещена в Следственный изолятор КГБ. В последнем к этому времени уже находился ее сын. На следующий день председатель Комитета государственного контроля Анатолий Тозик, председатель Комитета государственной безопасности Леонид Ерин и генеральный прокурор Виктор Шейман собрались на экстренное совещание, чтобы скорректировать свои позиции по громкому делу и решить, какое обвинение предъявлять членам опального семейства.

Страна узнала об отставке Журавковой ближе к вечеру 10 февраля, но события начали активно развиваться приблизительно за сутки до этого. Но прежде, чем перейти к сути дела, стоит напомнить, что активные действия против УДП начались еще в конце августа 2003 года, когда чекисты взяли под стражу пять руководителей ГПТУП «Белая Русь» и начальника внешнеэкономического управления УДП Юрия Матусевича. Чекистов заинтересовала деятельность президентских бизнесменов на нефтяном и сахарном рынках, где, по сути, была устроена кормушка для приближенных особ. Им инкриминировались хищение путем злоупотребления служебным положением и получение взяток.

Спустя два месяца к списку обвинений добавилось и невозвращение из-за границы иностранной валюты в размере 2,2 млн долларов. Однако уже в сентябре сотрудники КГБ готовы были взять под стражу и Галину Журавкову. Дама при известии об арестах ее ближайших подчиненных хоть и впала в истерику (рассказывают, что она, запершись, даже перебила посуду в своем кабинете), но все же смогла собраться с силами. Сумев по старой дружбе пробиться на прием к президенту, она в первый раз все-таки отстояла свою свободу. Кроме того, президенту показалось мало тех доказательств противозаконной деятельности его «экономки», которые ему предоставили чекисты, и он велел либо не гнать волну, либо найти нечто более существенное. Весьма выгодную позицию по делу заняла и сама Галина Анисимовна, которая отразила все претензии чекистов аргументом, что она не в состоянии проследить за всеми подчиненными и, следовательно, не может отвечать за их делишки.

В общем, в сентябре чекисты потерпели поражение. Им удалось добиться только того, что по указанию главы государства к делу официально был подключен КГК, который начал новую, более масштабную проверку УДП. Но шансов на успех и здесь было немного. Чекисты и следователи прокуратуры, куда было передано на расследование дело, даже не скрывали, что испытывают сильнейшее противодействие со стороны Журавковой. Вернее, это давление исходило не столько с ее стороны, сколько со стороны ее влиятельных бизнес-партнеров во всем мире. За время своего управления президентским ведомством эта бизнес-вумен сумела обрасти множеством полезных знакомств среди очень влиятельных бизнесменов и политиков. По нашей информации, супруга г-на Матусевича, слывущая лучшей подругой Галины Анисимовны, выезжала просить за сидевшего в чекистской «американке» мужа в Лондон к Платону Еленину, больше известному как Борис Абрамович Березовский. Известно также, что ходоки от УДП собирались побывать тогда в соседней Литве у людей из окружения президента Паксаса. Обращались «за помощью» и к Павлу Бородину, и в российский «Рособоронэкспорт», и к другим влиятельным людям и структурам в России. Замолвили ли перед президентом эти люди и представители этих структур словечко, нам неизвестно. Но, наверное, именно поэтому, когда в октябре была закончена проверка УДП, финансовая милиция, следователи прокуратуры и сотрудники КГБ избрали новую тактику борьбы. Все материалы дела были строго засекречены, а по стране распространены слухи, что дело спускают на тормозах. Мол, Журавкова оказалась непотопляемой, и поэтому к ответственности будут привлечены лишь стрелочники. Чтобы эта информация выглядела более правдивой, ни Виктор Шейман, ни Леонид Ерин, ни Анатолий Тозик после сентябрьских событий ни разу не «доложились» президенту о ходе расследования громкого дела, по которому продолжалась активная работа. Поэтому Галина Анисимовна оказалась полностью не готова, когда в ночь на вторник, 10 февраля, к ее сыну, а затем и к ней явились с обыском сотрудники силовых ведомств.

Операция была подготовлена в условиях строжайшей секретности. Даже оперативники, участвовавшие в обысках, пока не прибыли на место, не знали, к кому они направляются. Сыном Галины Анисимовны непосредственно занимались сотрудники Департамента финансовых расследований КГК, а Журавковой — сотрудники КГБ. Уже ночью 10 февраля последовало первое задержание. Когда отпрыск президентского завхоза оказался на нарах, Галина Анисимовна как настоящая мать попыталась прорваться на прием к своему патрону. Но к тому времени она уже была надежно изолирована от него. Вместо нее к президенту направились Анатолий Тозик и Леонид Ерин, которые выложили главе государства те самые более веские доказательства.

Силовики не стали повторять старых ошибок и вмешивать Журавкову в дела с нефтью и сахаром. Эти сферы так и остались кормушкой для ее подчиненных. Для Галины Анисимовны приберегли кое-что более серьезное — сферу, где было открыто довольно широкое поле для «серой» деятельности. Речь идет о конфискате. Как известно, реализацией конфискованных таможней товаров занимается именно УДП. И если, например, российские перевозчики утверждают, что за 2003 год белорусская таможня конфисковала товаров не менее чем на 250 млн долларов, то, по официальной информации ГТК, эта сумма составила всего 70 млн, то есть именно столько денег получил бюджет. Конечно, конфискат всегда реализовывался по ценам ниже его реальной стоимости, но ведь не в 3,5 раза. В общем, чекисты и финансовая милиция вскрыли схему, по которой УДП продавало конфискат по бросовым ценам определенным коммерческим структурам, а те уже реализовывали его по нормальной цене. Разница составляла миллионы долларов, которые оседали известно в чьих карманах.

На следующий день после задержания Журавковой руководители КГБ, КГК и прокуратуры совещались, какое обвинение ей предъявить. Согласно официальной информации ЦИОС КГБ, Галина Журавкова была задержана по подозрению в злоупотреблении властью или служебными полномочиями. Но, как удалось выяснить «БДГ», ей планируется также предъявить обвинение в уклонении от уплаты налогов в особо крупных размерах. Уклонение от уплаты налогов инкриминируется и сыну Галины Анисимовны, которому в будущем может быть предъявлено обвинение и в отмывании средств, добытых преступным путем.

Кстати, принадлежащий, по некоторым источникам, сыну Журавковой элитный минский ресторан «Талака» с сентября прошлого года служит своеобразным индикатором того, как на самом деле обстоят дела у этого семейства. В прошлом году, как только стало известно об арестах сотрудников «Белой Руси» и о возможном задержании самой Галины Анисимовны, ресторан закрылся по техническим причинам. В этот раз наблюдается та же картина. Взяв в качестве повода отмечающийся на этой неделе День святого Валентина, мы попытались заблаговременно заказать в «Талаке» столики. Ответ сотрудницы заведения был предсказуем: мы не можем сделать заказ по крайней мере до вторника-среды следующей недели. «Небольшие неполадочки у нас» -таково было объяснение причины. Распространяются ли эти «неполадочки» только на функционирование ресторана или же они касаются и дела Журавковой, можно будет судить в ближайшее время.